Раз четверг, два четверг!

Россияне на Кипре знают, что каждый четверг ознаменован тем, что можно купить свежий номер еженедельника «Европа-Кипр». Остальные дни более или менее одинаковы :-). Да это и понятно: у небольшой островной средиземноморской страны с 9-тысячелетней историей не должно быть больше одной, ну, максимум двух новостей в неделю.

Но в последнее время что-то явно изменилось.

В четверг, 2 апреля, по итогам саммита «Большой Двадцатки» (G20) опубликован доклад о юрисдикциях, наблюдаемых глобальным форумом ОЭСР («Организация по Экономическому Сотрудничеству и Развитию», в которую входят 30 наиболее развитых стран, на долю которых приходится около 60% мирового ВВП) по имплементированию налоговых стандартов, принятых на международном уровне. Наиболее экономически развитые страны мира решили составить три интересных списка. Не мудрствуя лукаво их назвали «Белый», «Серый» и «Черный».

В «Белый» были включены те юрисдикции, которые в достаточной степени имплементировали согласованные на международном уровне налоговые стандарты, разработанные ОЭСР в сотрудничестве со странами, не являющимися членами ОЭСР, которые были утверждены на Встрече министров финансов «Большой двадцатки» (G20) в Берлине в 2004 году. Они предусматривают обмен информацией по запросу по любым налоговым вопросам для администрирования и принуждения к соблюдению национального налогового законодательства вне зависимости от положений национального налогового законодательства о защите частной информации или банковской тайны для налоговых целей. Они также предусматривают расширенные механизмы для защиты конфиденциальности информации, которая вовлечена в процесс обмена.

В этом списке разместились: Австралия, Аргентина, Барбадос, Великобритания, Венгрия, Виргинские острова США, Германия, Гернси (коронное владение Великобритании), Греция, Дания, Джерси (коронное владение Великобритании), Ирландия, Исландия, Испания, Италия, Канада, Кипр, Китай (исключая специальные административные районы КНР Гонконг и Макао, которые приняли на себя обязательства по принятию налоговых стандартов ОЭСР), Корея, Маврикий, Мальта, Мексика, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Объединенные Арабские Эмираты, Остров Мэн, Польша, Португалия, Российская Федерация, Сейшельские Острова, Словакия, Соединенные Штаты Америки, Турция, Финляндия, Французская Республика, Швеция, Япония.

Серым цветом решено было отметить юрисдикции, которые взяли на себя обязательства по принятию налоговых стандартов, принятых на международном уровне, но пока еще не в достаточной мере их имплементировавшие. К ним относятся

• «налоговые гавани» (данные юрисдикции были идентифицированы в 2000 году как соответствующие критериям налоговых гаваней (tax havens), описанным в докладе ОЭСР 1998 года): Ангилья (заморская территория Великобритании), Андорра,Антигуа и Барбуда, Аруба (территория в составе Нидерландов), Багамские Острова, Бахрейн, Белиз, Бермудские Острова (заморская территория Великобритании), Британские Виргинские Острова (заморская территория Великобритании), Вануату, Гибралтар (заморская территория Великобритании), Гренада, Доминика (Содружество Доминика), Каймановы Острова (заморская территория Великобритании) (приняли законодательство, которое позволяет вести обмен информацией на односторонней основе, и установило 11 стран, с которыми оно готово его вести; данное законодательство было рассмотрено ОЭСР), Острова Кука, Либерия, Лихтенштейн, Маршалловы острова (с 1986 года находятся в свободной ассоциации с США), Монако, Монсеррат (заморская территория Великобритании), Науру, Нидерландские Антильские Острова (территория в составе Нидерландов), Ниуэ, Панама, Самоа, Сан-Марино, Сент-Винсент и Гренадины, Сент-Китс и Невис, Сент-Люсия, Туркс и Кайкос,
• а также иные финансовые центры: Австрия, Бельгия, Бруней, Гватемала, Люксембург, Сингапур, Чили, Швейцария. Надо отметить, что Австрия, Бельгия, Люксембург и Швейцария отказались от своих оговорок в отношении статьи 26 Модельной конвенции ОЭСР (что означает включение в соглашения об избежании двойного налогообложения статьи 26 «Обмен информацией» допускающей обмен банковской информацией, информацией от доверительных собственников, фондов.

Черным заклеймили юрисдикции, что не взяли на себя обязательства по принятию налоговых стандартов, принятых на международном уровне: Коста-Рика, Лабуан (Малайзия), Уругвай, Филиппины.

В чем причина такого дискриминационного отношения ведущих стран к остальным, точно непонятно. Объяснения приводятся разные. И то, что налоги вместо родного бюджета утекают в оффшоры, и чуть ли ни это является основной причиной мирового кризиса. И то, что перед еврочиновниками встала дилемма: бюджеты стран начали сжиматься, как «шагреневая кожа», и надо либо снижать расходы, включая на содержание себя, любимых, либо изыскивать неординарные пути выхода из кризиса, что потребует напрячь извилины мозга. Потому легче назначить «стрелочников», благо они по всем показателям слабее и не способны на адекватные ответы.

Однако, при этом американцам и англичанам удалось отстоять позицию, что каждая из стран имеет полное право на собственную налоговую систему и на то, чтобы устанавливать собственные налоговые ставки или вообще обходиться без налогов. Поэтому-то упор при составлении списков был сделан не на осуждении «несправедливой налоговой конкуренции», что всегда бывало раньше, а на несоответствии стандартам по обмену информацией.

Сразу после опубликования списков стали твориться странные вещи. «Черные» страны оперативно пообещали исправиться в самое кратчайшее время, и их переместили на этаж выше. Самый «страшный» список перестал существовать.

Многие страны, которые были отнесены к «иным финансовым центрам», не на шутку обиделись, считая такую квалификацию несправедливой. Первым свое негодование высказал премьер-министр Люксембурга Жан-Клод Юнкер. Европейские правительства давно ведут кампанию для того, чтобы заставить страну ужесточить налоговое законодательство. Люксембург согласился изменить свою налоговую политику, однако все равно попал в список, что и вызвало недоумение премьера.

Министерство финансов Швейцарии заявило, что ему непонятны критерии, по которым страны были внесены в список. В начале 2009 года Швейцария заявила о своей готовности сотрудничать с ОЭСР, однако сейчас может и отказаться идти на уступки, а без Швейцарии борьба за повышение прозрачности международной финансовой системы невозможна. Стоит отметить, что Швейцария очень неохотно вступает в различные союзы и объединения, однако в ОЭСР входит. Кто знает, может быть, этот скандал заставит Швейцарию вспомнить о своей традиционной независимости и выйти из ОЭСР.

Обида этой страны нашла отражение в весьма оригинальном поступке. Так, 8 апреля стало известно, что Швейцария заморозила счет ОЭСР в одном из своих банков. «Речь идет о небольшой сумме для такой организации – 136 тысяч евро», - сообщает агентство France Press. Это решение стало весьма неожиданным, поскольку ОЭСР и Швейцария не любят инициировать скандалы и являются своеобразными символами респектабельности. Министерство экономики остановило платеж, который должен был оплатить некие совместные действия ОЭСР и «большой двадцатки». На какие конкретно цели должны были пойти эти деньги, не сообщается. В сообщении министерства экономики Швейцарии упоминаются две эти организации – ОЭСР и G20, которые решили воспользоваться счетом именно в критикуемой ими стране.

Известие о том, что Кипр включили в «Белый» список было воспринято как позитивное событие, которое сыграет свою роль с становлении страны в качестве респектабельного финансового центра Средиземноморья. Такая оценка ОЭСР и G20 вряд ли была случайной. Кипр за последние годы согласился выполнять современные европейские стандарты по обмену информацией. И было бы просто несправедливо, если бы его поставили в один ряд с оффшорными юрисдикциями. Впрочем, как Вы уже прочитали выше, в «Белом» списке наблюдаются такие «оффшорные имена», как Барбадос, Виргинские острова США, Гернси (коронное владение Великобритании), Джерси (коронное владение Великобритании), Маврикий, Объединенные Арабские Эмираты, Остров Мэн, Сейшельские Острова. И, конечно, нельзя обойти вниманием США – самого крупного в мире фальшивомонетчика, чья валюта не привязана ни к каким ценностям, а о традиционном использовании в качестве оффшорных и безналоговых компаний Делавэра, Вайоминга и других штатов не знает разве ребенок.

В настоящее время на Кипре действует Закон № 188(I)/2007 «О предотвращении и пресечении деятельности по отмыванию денежных средств», где впервые появилось понятие «бенефициар» и «бенефициарный собственник» («beneficial owner»), сведения о которых в целях применения Закона могут быть раскрыты, в том числе государственным органам других государств,

Оперативное применение данного закона осуществляется Группой по противодействию отмыванию денежных средств, полученных преступным путем (MOKAS) при Генеральном прокуроре Республики Кипр, который осуществляет также санкционирование выдачи налоговой информации иностранным налоговым службам в соответствии с изменениями, внесенными в Закон Республике Кипр «Об исчислении и взимании налогов», которые были приняты 10 июля 2008 года и вступили в силу с 25 июля 2008 года.

27 марта 2009 года Республика Кипр ратифицировала Конвенцию Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии, конфискации доходов от преступной деятельности и финансировании терроризма (СДСE № : 198)(1), подписанную Кипром 16 мая 2005 года. Данный международный акт вступит в силу для Республики Кипр с 1 июля 2009 года.

Однако больше всего шума наделало другое событие, которое также случилось в четверг, но уже 16-го апреля. В этот день в Никосии Министр Финансов Республики Кипр г-н Ставракис и Руководитель Отдела Налоговой Политики и Таможенных тарифов российского Министерства Финансов г-н Трунин подписали документ, касающийся избежания двойного налогообложения доходов и имущества между двумя странами. По имеющимся сведениям пока нельзя с достаточной уверенностью утверждать, что это за документ: дополнительный Протокол к существующему налоговому соглашению или новое налоговое соглашение. Как российские, так и кипрские информационные агентства употребляют два этих термина, а сам документ пока недоступен для изучения. Вместе с тем, есть основания полагать, что все-таки речь идет о дополнительном Протоколе.

По обрывкам сведений попытаемся понять (или догадаться), какие основные изменения нас ждут.

·       Через пять лет (с 2014 года) начнет действовать норма, согласно которой в случае, если кипрская компания получает доход от продажи акций или долей российской компании, более 50% активов которой составляет недвижимое имущество, находящееся на территории России, налоговым агентом (источником выплаты) в России должен быть удержан и перечислен в бюджет налог с этого дохода. Сейчас такая норма предусмотрена в ст. 309 НК России, но так как этой нормы в налоговом соглашении Кипр-Россия нет, то она в налоговых отношениях наших стран не применяется.

·       Отражение в тексте найдут те новации, которые появились в последние годы в отношениях Кипра и России, а также в законодательстве Кипра касательно процедур обмена информацией по налоговым вопросам.

·       Как только документ будет ратифицирован (скорее всего, на это потребуется менее полугода), российский Минфин удалит Республику Кипр из своего оффшорного списка, куда тот по непонятным причинам попал в ноябре 2007 года.

Положительно ли то, что происходит?

Если говорить о первом пункте из перечисленных выше новаций в текст налогового соглашения, то он вряд ли вызовет повальную уплату налогов при продаже акций/долей российских компаний. На практике и сейчас существует несколько разных вариантов, которые позволяют не платить по итогам таких операций российские налоги, причем, без применения преференций кипрско-российского налогового соглашения. А во многих случаях сделки по смене собственников активов происходят так, что касаются не российских акций, а акций предприятий, владеющих этими российскими акциями. Поэтому специалисты не ожидают роста налоговых выплат, на которые надеется российский Минфин.

Почему поправка в текст налогового соглашения начнет применяться лишь через 5 лет? – Потому что в течение этого срока подобную норму планируется прописать во всех других соглашениях, заключенных ранее Россией.

А вот обмен информацией, если он действительно будет, может дать ровно обратный эффект, чем тот, что предполагается кипрским Минфином и местными журналистами. Известно, например, что в 2007 году в России 82 тысячи человек были освобождены из-под стражи по решению суда (цифры оглашены на конференции «Юридический бизнес в России», 9-10 апреля, Москва). На месте этих 82 тысяч (население целого кипрского города!!!) может оказаться любой невиновный человек! Это показывает, как часто используются надуманные предлоги, вплоть до помещения в тюремную камеру, чтобы надавить на бизнес и заставить предпринимателей «поделиться» деньгами, либо акциями, либо разорить бизнес в угоду конкурентам, оплатившим такой «заказ». Это – одно из уродливых проявлений современной российской коррупции. Несомненно, что информация, которую собираются получать налоговые или иные органы России от кипрских коллег, часто будет использоваться в интересах коррумпированных чиновников. В этом не заинтересован ни российский, ни кипрский бизнес (существенная часть последнего обслуживает российские финансовые потоки). Есть надежда, что кипрский Минфин это осознаёт и будет на практике вести себя адекватно, то есть рассматривать каждый запрос, поступающий из России скрупулезно, идя навстречу лишь в том случае, если дело касается реального, а не вымышленного отмывания денег.

Учитывая, что в последние месяцы неофициальное давление в России на операции с резидентами оффшорных зон многократно возросло и выражается, например, в том, что банки отказывают клиентам даже исполнять соответствующие платежи, Кипру выгодно не быть в оффшорном списке. Выгодно это и предпринимателям, использующим кипрские компании. А приняв во внимание, что, скорее всего, до конца года в России будет принято законодательство о трансфертном ценообразовании, которое потребует от предприятий существенного увеличения документооборота и увеличения налоговых рисков при операциях с резидентами оффшорных зон, полезно «сработать на опережение» и постараться, чтобы Кипр не попадал в проблемную категорию.

Вместе с тем, давление на бизнес в России достигло такого уровня, что даже те предприниматели, что традиционно вели себя весьма патриотично, начали подавать сигналы, свидетельствующие: у них созрели планы в целях обеспечения защиты активов переоформить их на иностранную компанию, или даже кристаллизуется желание податься в бизнес-эмиграцию. Это очень опасная тенденция для России. А в случае, если кипрские власти пойдут на поводу у российских мытарей, то капиталы, что уйдут из России, не попадут и на Кипр.

По оценкам Министерства финансов Кипра, общий объем российских вкладов в кипрских банках превышает 26 миллиардов долларов. В случае вывода значительной части этих денег с острова, над стабильностью кипрских банков нависнет реальная угроза. Не думаю, чтобы киприоты мечтали о такой перспективе.

Однако важно отметить, что принятие каким-либо государством решения о соблюдении стандартов ОЭСР абсолютно не означает, что вся информация будет доступна органам иных стран. А при применении положений двусторонних налоговых соглашений надо учесть то, что ими предусматриваются разные основания для осуществления обмена информацией (чаще всего для этого необходимо четкое установление факта существования уголовно-наказуемого преступления, и очень редко по гражданским и административным правонарушениям, к которым скорее относятся налоговые правонарушения).

Поэтому есть повод быть оптимистами, верить в здравый смысл, мудрость киприотов и в то, что Кипр, как и раньше, не сдаст российский бизнес.

Михаил Соболев,

Вице-президент (рынки СНГ),

партнер Группы компаний Consulco International

 ms@consulco.com